Biography
Gallery
Discography
Download
Guestbook
Forum
Links

Интервью с Хеллхаммером, Дмитрий Базик, июнь 1998

(Выдержки)

У меня нет настоящего образования, я закончил только среднюю школу. Школьная жизнь была скучной для меня, но тем не менее нравилась. Я никогда не делал домашнее задание, но всегда ухитрялся получать хорошие оценки. Это было естественно для меня, ха-ха! Сидеть дома и учить - это бесполезно, я предпочитал играть в футбол и - позже - рестлинг и вообще спорт. Я не делал домашнюю работу, но проблем не было. Мне было 12-13, когда я сказал родителям, что хочу играть на ударных. Я не умел, конечно, но просил мать, чтобы она купила мне комплект ударных.

Мне нравилось смотреть на ударные и на людей, которые на них играли. Когда я смотрел на комплекты, у меня сердце начинало биться чаще. Итак, я хотел научиться играть на ударных, но не мог. Поэтому я попросил мою мать купить мне набор. Я не знал, как на нем играть, так что просто играл по нотам. Позже я показал одному моему приятелю, что я могу делать. Хорошо, я мог что-то играть, и они сказали только "Вау!"

Когда мне было 14 или 15 лет я слушал в основном хэви вроде Iron Maiden и остального, но мне также нравилась музыка вроде Depeche Mode и Duran Duran. Позже мне нравились более тяжелые группы: Celtic Frost, Venom. Это было достаточно необычным опытом, поскольку я слышал музыку, в голове, но никакие группы не играли ее! Так, когда я услышал что-то сырое и очень темное, очень сильный звук, это меня заинтриговало. Это была та музыка, которую я хотел играть.

Позже я попал под влияние джаза. Мой учитель этим увлекался. Я тогда не играл на двух бочках, играл на простом комплекте, джазовом. Я думаю, тогда это было нормально, поскольку я учился основам. Позже я подключил томы, и еще позже - вторую бочку.

Мои родители всегда поддерживали меня. Я играл по семь часов в день, не прерываясь на еду. Они никогда не были против этого! Вся семья поддерживала меня. Бабушка купила мне вторую ударную установку, и третью тоже, хаха! Им нравилась музыка, которую я играю. Я думаю, мои родители хотели чтобы я нашел работу и начал зарабатывать, но они никогда этого не говорили. И мне не приходилось работать, потому что родители имели деньги, и меня это устраивало. Так что отношения в семье у меня были хорошие. И они до сих пор поддерживают меня на 100%. Им не нравился Mayhem и Сатанизм, потому что они христиане. Но они ценили музыку, и ценили все, что я делаю. Но я не Сатанист. Сатанизм ничего не значит для меня. Для меня это только музыка.

Я присоединился к Mayhem в 1988, но перед этим я играл в некоторых местных группах. Я жил в часе езды от столицы Норвегии, Осло. Итак, как-то я ехал в Осло и услышал, что группе Mayhem нужен ударник. Я только послушал их запись "Deathcrush" и мне она понравилась... Наши друзья организовали встречу. Я взял мою пленку с собой. Они послушали мою кассету и на следующий день пригласили, и сказали что я принят...

Одной из первых групп, в которой я играл, была Кровавая Мэри. Я не могу сказать много о том времени. Там не о чем особенно говорить. Мы играли хэви но песни никогда не были записаны. Мы сыграли на нескольких обычных маленьких гигах, и все. Я помнил, что я слегка нервничал, но немного. Тогда я не волновался даже о состоянии ударной установки. Сейчас я об этом забочусь. Для меня главной проблемой были рабитые сплэши, я покупал самые крупные палочки и стучал просто адски. Сейчас таких проблем нет: стал покупать более тонкие палочки... и играть научился, хаха!

Everything Here Is So Cold
Everything Here Is So Dark
I Remember It As From A Dream
In The Corner Of This Time
Diabolic Shapes Float By
Out From The Dark
I Remember It Was Here I Died
By Following The Freezing Moon
MAYHEM “Freezing Moon”

Друзья познакомили меня с музыкантами Mayhem. Их звали Евронимус и Дэд. Я их стретил и отдал кассету с моей записью. На следующий день мне позвонили и сказали, что я принят. Евронимус выглядел достаточно приятным человеком. Конечно, он был немного странный. Я пришел к нему домой: он был одет во все черное и на поясе висел нож. Я запомнил, что подумал тогда "Что, черт побери, все это значит?" Дэд присоединился к группе на несколько месяцев раньше, чем я. Он был шведом и не понимал половины из того, о чем мы говорили. Хорошо, он был странным. Очень замкнутый человек. Было невозможно с ним обсужать что-то личное. Скоро мы связались со смертью, темной стороной жизни и Сатанизмом. Мне всегда нравилилось все это, несмотря на то, что я родился в христианской семье. Только годы спустя я понял, как ужасно и вредно для нас было все это. Но я был слишком молод, чтобы протиовстоять искушению Тьмы. Я нашел несколько книг, в которых были описаны ритуалы. Позже мы реализовали все это в реальном мире... Евронимус увлекался всем этим. Он был нашим учителем. Теперь я знаю, что он ушел далеко, очень далеко. И Дэд следовал за ним. Так что они становились более мрачными, и более скрытными. Я, напротив, никогда не был мрачным. Но эти двое... Я никогда не принимал все эти сатанинские штуки. Меня привлекали темные, зловещие образы, но я никогда не злился на христианство. Евронимус и Дэд ненавидели его. "Христианство - это зло", они говорили. Но я спросил их как-то "А не зло то. что мы делаем?" и никогда не получил ответа на этот вопрос.

Перед шоу Дэд закапывал одежду в землю, так что она начинала гнить и приобретала могильный запах. Он был "трупом" на сцене. Он был одним из первых, кто начал использовать грим, который стал так популярен среди металистов. В действительности, он был первых блэк-металистом, который использовал корпс.Как-то он попросил закопать его в землю - чтобы кожа стала более бледной. Он использовал корпс до Mayhem в его группе Morbid. Он изображал покойника и называл себя "мертвец". Он выглядел действительно здорово во всем его гриме! Когда публика нас видела, она сходила с ума. Некоторые люди, конечно, не понимали нас, но большинство думали, что мы крутые... Я взял свое имя из Celtic Frost. Их предыдущий проект назывался Hellhammer, и я подумал, что такое прекрасное имя не должно исчезнуть. И "Хэллхаммер" было прекрасно имя для барабанщика, я думал.

Visions of that no mornings
light ever will come. I'm to old now.
The dark is so near, will I ever reach the land beyond
This is where we go when we have to die.
I've been old since the birth of time.
Time buried me in earth centuries ago,
I tasted blood. Buried by time and dust.
MAYHEM “Buried by time and dust”.

В начале 90-х мы сняли старый дом в лесу. Нам нужно было место для репетиций, так что мы остановились на этом доме. За 12 минут можно было дойти до ближайшего магазина, и приходилось ездить на поезде до ближайшего города. Люди, которые ходили мимо нашего дома, ускоряли шаги. Они нас боялись. И учителя из близлежащей школы говорили ученикам "Не ходите к этому дому. Там водятся привидения!" Все нас ненавидели, но нам это нравилось. Евронимус был занят своим лейблом и проводил все время, что-то печатая. Я играл на ударных, и Дэд запирался в комнате в постоянной депрессии. Так мы и жили: каждый в своем мире. Евронимус и Дэд не ладили. Дэд не доверял Евронимусу. Словесные стычки доводились до настоящих драк. Я устал от их ссор, и переехал к бабушке, иногда возвращаясь для репетиций. Как-то я решил поехать в Осло с друзьями. Перед отъездом я встретил Дэда. Он был мрачным и в депрессии: "Смотри, я купил большой нож. Он очень острый". Это были последние слова, которые я от него услышал.

How beautiful life is now when my time has come.
A human destiny but nothing human inside.
What'll be left of me when I'm dead, there was
nothing when I lived.
What you found was eternal death
no one will ever miss you.
MAYHEM “Life Eternal”

Евронимус уезжал тогда со мной. Он ехал в город по делам лейбла. Несколько дней спустя, когда Евронимус вернулся, дом выглядел заброшенным. Дверь была закрыта, и ключа в тайнике не было. Евронимус обошел дом и заметил, что окно в комнате Дэда открыто. Он залез в дом и увидел Дэда, лежащего на полу, часть его головы была снесена ружейный выстрелом. Евронимус поймал машину до ближайшего города чтобы купить пленку для камеры. Потом он вернулся и сделал снимки трупа Дэда. Я был удивлен, когда увидел, что его нож лежит на ружье. Он должен был лежать под ружьем... Может быть, Евронимус не уезжал тогда в город... Когда Евронимус позвонил мне, он был неразговорчивым. "Дэд вернулся домой", - он сказал. "Обратно в Швецию?" - я поинтересовался. "Нет, он снес себе голову".

Тогда я осознал, что Дэд умер. Полиция забрала его тело, но мы были вынуждены жить в доме еще несколько недель. Кровь Дэда и фрагменты черепа были по всей комнате. Как-то я заглянул под его кровать, я нашел два крупных куска черепа. Я взял один кусок, и Евронимус второй. Мы сделали из них амулеты. Потом мы их потерали.. Это странно... (А потом они всплыли на e-bay. Это еще более мистическое совпадение... - прим. переводчика) Хорошо, смерть Дэда не остановила нас. Мы решили найти нового вокалиста и продолжить дело Mayhem. Мы выбирали некоторое время, и скоро новый состав был подобран. Тогда Гришнак играл на басу... Мне он понравился с первой встречи: он был умным парнем. Он отличался от остальных музыкантов, он был уникален... Он был скромный и вежливый... Скоро наша группа превратилась во "Внутренний круг". Я всегда был против сожжения церквей: это бессмысленно! Но остальные решили это сделать. Хорошо, они шокировали всю Норвегию! Они никогда не давили на меня. Я не имел отношения ко всему тому, что они делали. Никто не знает, почем Гришнак убил Евронимуса. Я думаю, между ними был личный конфликт.

В день смерти Евронимуса я позвонил в его офис. Никто не взял телефон.Тогда я позвонил его родителям, надеясь застать его там. Мне сказали, что Евронимуса убили прошлой ночью. Я был шокирован. Я не знал, кто это сделал, но был уверен, что это были шведы. были постоянные конфликты между норвежцами, шведами и финскими кланами. Мертвые тела находили повсюду. Мои друзья и я держали ножи и огнестрелы, для защиты. Мы ждали худшего. Но вскоре мы узнали, что убийцей Евронимуса был Гришнак. Да, этот застенчивый мальчик оказался киллером. Я не мог представить, что он может это сделать! Нас привлекли к расследованию...

Незадолго до смерти Евронимус стал членом коммунистической партии. Он думал, что события, произошедшие в России, были настоящим злом. Потом он прочел Маркса - и был разочарован. Маркс хотел, чтобы люди любили друг друга. И он развернулся к фашизму. Он всегда хотел принадлежать к наиболее экстремальной части общества.

Ему был двадцать четыре, когда он погиб...

Перевод: Heather

 

 

 
Heather, 2009